Новости
RSS
Томская область
Административный центр
Крупные города
История Томска
География и климат
Экономика
История
Культура
Администрация области
Обратная связь
Каталог компаний

   







Яндекс.Погода


.

На месте бывшей пыточной тюрьмы НКВД строят развлекательный комплекс (Томск)

2008-11-20

Впрочем, получить документального подтверждения тому, что в этом подвале проводились пытки и расстрелы, нельзя. Документы находятся либо в томском архиве ФСБ, либо в Москве, и доступ к ним не открывают даже для историков. Специалист по политическим репрессиям, заведующий томским мемориальным музеем истории политических репрессий «Следственная тюрьма НКВД» Василий Ханевич обладает только документальным подтверждением того, что МГБ переехало в здание по пл. Ленина, 11 в 1942 году и «квартировалось» там до середины 50-х. Оно занимало два здания и эксплуатировало для собственных нужд подвальное помещение.

Василий Ханевич и члены историко-просветительского и правозащитного общества «Мемориал» неоднократно были в этом подвале и видели остатки одиночных камер и знаменитые «каменные мешки». Это отверстия в полу и в стенах. Там, как в гробах, лежа или стоя закрывали людей и оставляли на несколько дней. Если «мешок» был горизонтальный, то на пол еще бросали шкуру, кишащую вшами. Однако, по мнению Ханевича, найденные сейчас строителями человеческие останки вполне могут и не относиться к времени политических репрессий. «В XVIII веке здесь располагалось кладбище. Город ведь весь строит на костях, и это не образное выражение. Во многих местах находят человеческие останки, и во многом это связано именно с кладбищенскими захоронениями», — отмечает он.

Другое мнение у смотрителя этого подвала, Николая Зуева. Хотя он и не обладает историческим образованием, зато буквально «живет» в подвале с 2003 года — с начала реконструкции здания постройки второй половины XIX века. Площадь подвала, согласно первоначальному плану, составляет более 600 кв. м, и раньше здесь располагалось около 30 небольших комнаток. Сейчас большая часть перегородок уже сломана.

Николай показывает места находок — глубокие ямы, откуда строители и доставали человеческие останки. Из 15 ям только две оказались «пустыми». «Утверждать, откуда эти кости, не могу. Характерных для трупов НКВД дырок в черепе не обнаружено, а идентификацией здесь никто не занимался. Однако не удивляюсь, что расстрелы все-таки были. В здании сохранился след от лестницы, которая вела во внутренний двор. Человека вели по лестнице, на ней стреляли в затылок, а потом выбрасывали во двор», — говорит Николай Зуев.

В здании сохранилась тупиковая комната со следами некогда стоящей там печи: она сложена так, что не отапливала комнату. При разборе печи на дымоходе обнаружен очень толстый слой сажи. По мнению Николая Зуева, вполне возможно, что в этой печи могли жечь не только дрова.

В том, что в этом подвале, помимо пыток, вполне могли быть случаи расстрелов и сжигания людей, уверен другой историк, член муниципального учреждения «Томск исторический» Геннадий Скворцов. Среди самых знаменитых историй об этом подвале историк вспоминает о старосте местной церкви Ольге Каменской. В 1936 году, когда церковь закрыли, Ольга вместе с мужем пыталась отстоять храм. Несколько дней она простояла в «каменном мешке», где сошла с ума, а затем ее расстреляли.

Сейчас подвал находится в частной собственности предпринимателя Станислава Нейштетера. Ни скрывать, ни афишировать происхождение подвала он не собирается.

«Это здание уже давно функционирует как торговый центр. Мы ничего не открываем нового — просто расширяем сферу влияния. И какая разница, на чердаке или в подвале», — комментирует Нейштетер.

Историки не собираются протестовать и бойкотировать стройку. Говорят, что денег на обустройство здесь мемориальной зоны все равно нет. Денег нет даже на то, что провести идентификацию останков и перезахоронить их. По словам Василия Ханевича, в подобной ситуации в Томске находятся почти все места памяти сталинских репрессий — сам мемориальный музей истории политических репрессий «Следственная тюрьма НКВД» и территория Каштачной горы, где в 30-е годы как раз и проходили массовые расстрелы. Единственный музей тюрьмы НКВД сталинской эпохи, созданный в стенах реальных тюремных помещений — частная собственность томского бизнесмена Игоря Скоробогатова. И, хотя сам бизнесмен публично заявляет о том, что выселять музей он не намерен, у Василия Ханевича все же есть некоторые опасения. С другой стороны, именно Игорь Скоробогатов выделил в свое время средства на реконструкцию почти разрушенного здания музея.

Каштачная гора — место массовых расстрелов — сейчас также находится не в лучшем состоянии. В память погибшим там людям несколько лет назад был установлен деревянный крест, однако подъездных путей к нему нет, а в непосредственной близости утилизируется строительный мусор. У Василия Ханевича и его коллег есть мечта: организовать на месте массовых расстрелов мемориально-музейный комплекс. Такой проект был два года назад сделан выпускником ТГАСУ архитектором Сергеем Бадархановым. Проект получил высокую оценку специалистов при защите его дипломного проекта и впоследствии по инициативе Василия Ханевича в течении нескольких месяцев демонстрировался в Мемориальном музее на специально подготовленной выставке «Музей в музее». Однако средств на возведение мемориального комплекса так и не нашлось.